Антон Морозов

Биография

Интервью

Антон Морозов — один из пионеров отечественного сёрфинга, основатель первой в России школы сёрфинга Snowave Kamchatka и человек, который фактически запустил эту культуру на Камчатке. Антон является победителем 5 этапа Чемпионата России по серфингу 2014 в дисциплине Лонгборд и 3 место в дисциплине shortbоard, победитель Кубка Петропавловск-Камчатского городского округа по серфингу Hala Cup в дисциплине Longboard and Shortboard 2015, член сборной России по серфингу.

Как вы пришли к идее открыть школу сёрфинга на Камчатке? Был ли какой-то переломный момент?

— Всё началось ещё в 90-е. Я тогда был школьником и увидел фильм о сёрферах, которые путешествуют по миру в поисках волн. Для меня это был совершенно другой мир — свободный, красивый, полный приключений. С того момента появилась мечта — однажды прокатиться по настоящей волне.
Сначала на Камчатке начал развиваться сноуборд, и я погрузился в эту культуру: катался, потом стал инструктором, начал учить детей и взрослых. Постепенно возникла идея: зимой — сноуборд, летом — сёрфинг. Такой круглый год в одной стихии.
В начале 2000-х о сёрфинге в России почти никто не знал. В 2004 году я впервые попробовал. Учились буквально с нуля: обучающие диски присылали из Франции, доски приходилось искать или привозить из поездок. Мы катались, звали друзей, собирались на пляже с палатками — так постепенно появлялось небольшое сообщество.
Со временем это выросло в школу. А название Snowave появилось позже — как соединение двух сезонов: снег зимой и волны летом.
Переломным моментом стал 2012 год. Тогда на Камчатку приехала команда калифорнийских сёрферов вместе с фотографом Крисом Буркардом. После его экспедиции и большого материала о Камчатке узнали по всему миру. Для меня это был момент, когда я увидел своё место глазами людей, объехавших весь мир, и понял, насколько оно уникальное.


Что было самым сложным на старте?

— Сложностей было много. Камчатка — удалённый регион, и тогда здесь просто не существовало инфраструктуры для сёрфинга. Нельзя было купить гидрокостюм, доску или оборудование — всё приходилось привозить из-за границы.
Но ещё сложнее были стереотипы. Многие считали, что сёрфинг в России невозможен, а на Камчатке — тем более. Нас воспринимали как чудаков. Люди даже приезжали на пляж просто посмотреть, как «хиппи катаются на досках». Приходилось каждый день доказывать, что это не фантазия и не временное увлечение, а реальная культура, которая может здесь существовать.


Откуда чаще всего приезжают люди?

— Основная аудитория — Москва, Санкт-Петербург и крупные города центральной России. До пандемии было много иностранцев: итальянцы, французы, норвежцы, исландцы, европейцы в целом. Они приезжали почти каждую неделю в течение сезона — не только сёрферы, но и путешественники, которым хотелось увидеть Камчатку.
Интересно, что жители Дальнего Востока путешествуют по своему региону не так активно, как могли бы. Хотя рядом есть и Сахалин, и Приморье — невероятно красивые места, где тоже есть волны.

Какой совет вы дали бы себе в начале пути?

— Наверное, внимательнее относиться к людям, с которыми начинаешь работать. В начале пути были ситуации, когда я слишком доверял некоторым людям, и это заканчивалось неприятно.
Но в целом я не жалею о том пути, который прошёл. Ошибки — это тоже часть развития.


Как меняется интерес к сёрфингу на Камчатке за последние годы?

— Интерес заметно растёт. Когда всё только начиналось, мысль о том, что люди будут специально лететь на Камчатку ради сёрфинга, казалась почти фантастической. Сегодня это уже реальность.
Каждый год всё больше людей приезжают именно за этим опытом — увидеть океан, вулканы и попробовать поймать свою первую волну на краю земли.


Что нужно знать, прежде чем приехать сёрфить на Камчатку?

— Важно понимать, что Камчатка — это не классический курорт. Здесь дикая природа, переменчивая погода и иногда непростые условия. Но именно в этом и есть её уникальность.
Мы всегда подробно готовим гостей: объясняем, что взять с собой, как подготовиться и чего ожидать. Когда люди понимают, куда едут, они получают от этого путешествия невероятные эмоции.

Намного ли меньше сёрферов приезжает зимой?

— Да, зимой людей меньше, чем летом. Но у нас есть и зимние программы. Это уникальная история: утром ты можешь кататься на сноуборде в горах, а потом поехать к океану и заняться сёрфингом. Такое сочетание почти нигде в мире не встретишь.
Интерес к зимним программам постепенно растёт, но основной поток людей всё же приходится на летний сезон.


С какими неожиданными трудностями вы столкнулись?

— Главные трудности — логистика и инфраструктура. Когда всё начиналось, на пляже не было ничего: ни электричества, ни воды, ни нормальной дороги. Всё приходилось создавать своими руками.
Даже базовые вещи вроде душа или электричества требовали сложных решений. Но, наверное, именно эти сложности и сформировали характер проекта.


Как местные жители воспринимают ваш проект?

— Сейчас большинство жителей Камчатки знают о нашей школе и относятся к ней очень тепло. Иногда люди подходят на улице, говорят слова поддержки, желают развития. Многие говорят, что гордятся тем, что такой проект появился именно здесь.
Конечно, критика и зависть тоже бывают — это нормально. Но в целом отношение скорее позитивное.

Есть ли соревнования по сёрфингу в России?

— Да, сёрфинг постепенно становится полноценным видом спорта. На Камчатке появилась первая детская спортивная школа по сёрфингу. Сейчас проходят чемпионаты России — их проводят в разных регионах: на Камчатке, Сахалине, во Владивостоке, Калининграде, Сочи, Крыму.
По сравнению с традиционными видами спорта это пока только начало. Инфраструктура и система подготовки ещё формируются, но движение есть — и оно набирает обороты.


Насколько школа сёрфинга — это устойчивый бизнес?

— Честно говоря, я бы не назвал это просто бизнесом. Это скорее дело всей жизни. Работать здесь непросто. Наш лагерь находится на природоохранной территории, поэтому строить капитальные здания нельзя. Всё приходится организовывать самостоятельно: генераторы для электричества, привозная вода, дорогие септики, логистика.
Кроме того, сезон очень короткий — активная работа длится всего около трёх месяцев. При этом нужно содержать команду и инфраструктуру весь год.
Но несмотря на это, за лето через школу проходит примерно три-четыре тысячи учеников. Сейчас у нас уже выстроена команда, есть экономика, продажи, управление. Но для меня это всё равно не только бизнес — это проект, который дарит людям эмоции и ощущение свободы.


Как это помогает развивать регион?

— Без лишнего пафоса могу сказать, что сёрфинг сыграл свою роль в том, чтобы Камчатка стала заметнее для мира. О сёрфинге на Камчатке писали The Guardian, The New York Times, Los Angeles Times и многие другие медиа. Были фильмы, фотопроекты, статьи.
Через эту историю многие люди впервые узнали о регионе. Даже если туристы приезжают не заниматься сёрфингом, они часто впервые увидели Камчатку именно через этот образ — вулканы, океан, сёрферы в снегу.